Из центра прошлого лета...

Сегодня был замечательный день.

Начался он с того, что я в депресняке ехала в маршрутке к зубному и писала печальное стихотворение. Стихотворение мне не понравилось, и я его забросила.
Потом мне вылечили зубы, опять заморозив при этом половину лица, и я поехала на автовокзал за билетами в Китеж. По дороге встретила в центре Калуги двух китежских детей, которые мне рассказали про китежскую машину, но...я в нее не поместилась )

Уже на автовокзале выяснилось, что я забыла в банкомате свою чудную уралсибовскую карту с деньгами. Так что теперь новый квест: до восстановления карты выживи на то, что дадут дома )))

Далее мы с чудесной девушкой Надей (с которой, собственно, завтра едем), сестрой того самого барабанщега, пытались устроить ее на работу. Не получилось )
Зато потом ее брат Юрик, барабанщег собственной персоной, обещал нас взять с собой на колокольню, где он звонит. Но на колокольню мы опоздали, и поэтому Юрик убежал один, а мы остались внизу. И битый час сидели на асфальте около церкви и в полный голос пели всякие песни. Нам за это были очень благодарны дяденька-бомж и тетеньки-продавщицы. Они сказали, что мы хорошо поем, а дяденька еще сказал: "Вы на меня не смотрите, вот я с понедельника на работу выйду!.." Проняло, видать.
Когда мы замерзли, то пошли в "Чайную ложку" и испили там горячего чаю. А музыка там играла в то время совершенно прекрасная: "Бременские музыканты", "Монтажники-высотники"... Но тут мы отогрелись и пошли обратно к церкви петь дальше и ждать Юрика.
И дождались...

Колокольня - это нечто потрясающее. Там такие шаткие деревянные лесенки и огромные проемы, и с каждым витком ты оказываешься все выше над городом... А когда добираешься до верха, то видишь далеко-далеко, на все четыре стороны, а потом звонарь ударяет в колокол...
И ты уже не можешь сдержать эмоций, ты закусываешь губу, но она, непослушная, так и рвется расплыться в улыбке. И кажется, что ты несешься на огромной скорости в поднебесье, и ветер обдувает лицо... А они все звонят, и звук омывает тебя и уносит куда-то вдаль, и имя этому чувству - счастье...

А дяденька-звонарь оказался похож на Андрея Борисыча Мороза. У него были такие же глубокие и понимающие глаза. И они оба... Юрка и этот дядька... и колокольня...
В общем, я туда еще вернусь, попомните мое слово.

А потом мы с Надей пытались добраться до одной заброшенной башенки на калужском доме, и я показывала чудеса акробатики на пожарной лестнице, но Надька была в юбке и на каблуках, поэтому не смогла последовать моему примеру. Но мы с ней еще туда взлезем обязательно )))

А злобный прекрасный барабанщик устроил мне романтическое прощание у маршрутки, покаявшись во всех прошлых грехах... И он сказал, что жаль, что я уезжаю, а я уезжаю завтра... И мне теперь хочется плакать, ровно потому, что счастье в этом давно надоевшем городе кончается так же внезапно, как и началось...

( Спящее счастье )

Чудеса иногда случаются.
Странные, непонятные, не всегда добрые чудеса.

Слишком много людей в моем сердце... И ни одного - на расстоянии вытянутой руки.
А я - что я? "Кто я такая - акая - я растеряла свои имена"...
И остается - только вечная отговорка: "Прошу любить и не жаловаться".
Да я и не жалуюсь...
"Собственно, я не жалуюсь, я хвалюсь"...

Много-много исхоженной за сегодня Москвы. Макдак на Чистых прудах. Мыльные пузыри на Красной площади.
Вечернее, теплое и спокойное, почти летнее и такое по ощущениям детское - мое, калужское - Южное Бутово. Подкативший к сердцу приступ тоски/ностальгии, в рамках борьбы с которым я пошла в спортмагазин и купила ракетку и наколенники к чемпионату. А потом - пешком три станции, по тому самому, теплому, вечернему, - погружаясь в атмосферу конца прошлого лета и мечтая все бросить и рвануть на Болотку с гитарой... Но - никого не сорвешь, и английский на завтра висит мертвым грузом, и телефон упорно молчит, не желая выдавать слова поддержки...

Но я иду, напевая вполголоса любимые песни, и какие-то парни оборачиваются мне вслед, а вот идут две девушки-неформалки - интересно, нормальные люди или так?...
Я смотрю на этих людей и снова жалею о том, что не могу прямо сейчас остановиться и вновь окунуться в пространство свободы, улицы, музыки и абсолютной непредсказуемости происходящего.
Я иду в магазин за соком и, проходя мимо дома, привычно бросаю взгляд на окна своей квартиры.

А когда я выйду из магазина, телефон вдруг выплюнет запоздалую смску: "Этот абонент звонил сегодня"...

А вышло вот что.

Фалько в армию уходит.

ППЦ, дорогие товарищи.

...Девочка с глазами из самого синего льда
тает под огнем пулемета...

...Я не знаю, что мне делать, когда я хочу к тебе...

...В комнате с видом на огни, с правом на надежду...

Что чувствует электрический проводник, когда в очередной раз меняется направление тока?... Думает ли электрик о чувствах проводника? Нужно признать, что нет...

Почему я не говорю тебе о себе? Почему не спрашиваю о тебе? Почему темами наших разговоров обычно становятся другие люди, события, вещи? А ведь я не вижу отношений без УЗНАВАНИЯ... Я хочу знать, я хочу знать, я всегда хотела знать... И про пресловутую рыбу, и про многое другое.
Ты ведь расскажешь, правда?...

Мой Орион... Мой Китеж... Наша с тобой первая, но, надеюсь, не последняя дорога... Пронзительная, освещенная фонарями мокрая Москва, вечернее настроение, твой неверный сон в автобусе... Твой взгляд, твои руки, твое дыхание мне в волосы...
Я промолчу, я буду колкой и смешливой, уверенной, резкой...какой угодно, но где-то там, далеко, будет жить маленькое горячее солнце, эхом повторяя твои слова... "Все хорошо, дорогая"...

Пахнет трава... Мокрые дни, капли дождя...
Осень вернет, в город вернет, где помнят тебя, туда
Где дом твой, ты...

Осень вернула, но не тебя, а меня. Я - со своими бесконечными переездами, стойкий оловянный солдатик с неизменной сумкой через плечо, и мои отражения хранят витрины... Интересно, кто скрывается за этим стеклом? Я ли это или некто другой, для которого я и есть отражение? Но следующий шаг, и вечно нужно спешить, и обрывки мыслей остаются позади, словно невидимые объявления на этих стеклах.
А ты - ты помечен любовью, помечен крылами... Твой дом, но тебя в нем нет, твои пути неисповедимы, и параллельные прямые не пересекаются...
Мокрая осенняя Москва, и все именно так, как я предсказывала раньше, но ничего поэтичного в ней нет. В одиночку здесь тоскливо... Невозможность встречи не имеет никакого отношения к расстоянию.
Желать обломов и печалей иногда приятно, но, увы, это ничего не может изменить...